Как дела? Чаще всего хочется ответить: пусто. Вроде бы живешь среди миллионов людей, но при этом медленно и мучительно умираешь от «социальной смерти».

Как дела на работе? Ответов много один: хреново. Этим все сказано. Переходим дальше.

Дружили со студенчества, спали на соседних койках в общаге, делили одну пачку макарон на двоих и ходили в дырявых кедах. Вы были равны в своей бедности, и это создавало иллюзию безопасности.

"Если я сейчас удалю этот профиль, я просто исчезну. Меня не станет в этой комнате". И тебя тут же накрывает такой ледяной стыд, что хочется выть в подушку от собственной неполноценности.

«После тридцати жизнь только начинается, найдите свое предназначение, нарисуйте карту желаний и просто порадуйтесь за чужой успех!». 

Он открыто флиртует, нагло сокращает дистанцию и недвусмысленно намекает, что он горячий в постели и готов устроить тебе незабываемый уик-энд.

«Маш, ну она же не со зла. Она просто специфический человек. Она желает нам добра, хочет внуков увидеть. Ну что тебе стоит разок съездить к ней на дачу и перетерпеть этот её борщ с комментариями про твою фигуру? Будь мудрее, она же уже стареет»...

Ты сидишь на свидании со своим новым, горячим любовником в полумраке дорогого ресторана. Муж дома абсолютно уверен, что ты застряла на затяжной стратегической планерке.

Дипломированные инстаграмные коучи и улыбающиеся психологи со страниц Сайколoджис сладко поют тебе в уши: «Девочки, не ждите первого числа! Устройте домашнее спа, зажгите свечи, сделайте друг другу массаж с пахучим маслом, найдите общее хобби, и страсть вернется!».

В твоей голове крутится по часовой стрелке бесконечное оправдание: «Ну а куда я пойду? Он же нормальный. Не бьет. Не пьет. Зарплату приносит. У всех так живут, глупо портить всё из-за капризов».

Заходишь в ресторан или садишься в вагоне метро. Оглядываешься по сторонам. И вдруг ловишь себя на страшном, ледяном ощущении. Ты стала… невидимкой. Прозрачной стеной.

Ты открываешь банковское приложение. На экране — вполне приличная сумма. Твоя подушка безопасности, заначка, деньги на жизнь. Объективно тебе ничто не угрожает: есть где жить, есть что есть, на базовые нужды хватает с головой. Но внутри кино жанра ужастики.

Ты стоишь у окна. Делаешь вид, что ничего не происходит. А руки трясутся. Внутри всё горит от липкого, страшного ужаса. Час назад ты своими глазами видела это. В его телефоне. Всплывающее уведомление, чат в Телеграме, грязные признания другой женщине, смайлики, сердечки. Ты показала ему.

Ты сидишь на кухне. На экране телефона светится имя: «Ленка». Внутри всё сжимается, а к горлу подступает знакомый, душный комок. Ты тяжело вздыхаешь и нажимаешь «ответить».

Ты выходила замуж за любимого мужчину. Мечтала строить свою, отдельную, счастливую жизнь. А что получила? Вечный филиал его прошлого у себя дома.

Ты стоишь посреди собственной спальни. И тебя трясет. Снова. Потому что пять минут назад дверь квартиры открылась её ключами. Без звонка. Без стука.

Семь лет. Семь лет ты живешь в чужой квартире на правах… А собственно, на каких правах? Ты готовишь разносолы, отмываешь унитазы, гладишь его рубашки.

Ты смотришь на него. Он сидит на диване, пьет чай, что-то там листает в телефоне. Обычный будний день. А тебя внутри буквально трясет от глухой, ледяной, выжигающей ненависти.

Приползаешь домой в девять вечера. Еле волочишь ноги. За спиной — две работы, впереди — платеж по ипотеке, который ты снова тащишь в одиночку. Открываешь дверь, а там… картина маслом Каролюс-Дюрана «Письмо и гуляка». На диване лежит твой тридцатипятилетний философ.

Настало воскресенье. Твой старший брат Олег прямо сейчас выкладывает фотки из Сочи. Солнце, море, шашлык. Он заблокировал номера родителей еще полгода назад. Сказал: «У меня дела, бизнес, мне некогда возиться».